АЛЕКСАНДР ДЕЙЧ — УКРАИНА В СЕРДЦЕ, ВСЕЛЕННАЯ В ДУШЕ

2013 – юбилейный год для Александра Иосифовича Дейча – писателя, переводчика, литературоведа, театрального критика, педагога, профессора, доктора искусствоведения и доктора филологических наук, киевлянина, который через всю свою жизнь пронес любовь и преданность своим истокам. «Круг литературных интересов Александра Иосифовича Дейча поистине огромен, – говорил о нем М.Т. Рыльский. – Вы заговорили с ним о любимом его Гейне, о Гётевском «Фаусте», о Мопассане или об Уайльде, о Пушкине или Тютчеве, об Анатоле Франсе или Свифте, о Сервантесе, о Томасе Море, о Шевченко, о Лесе Украинке, о Бернарде Шоу или Иоганнесе Бехере, и он как бы вспыхивает внутренним огнем. О каждом литературном явлении, о каждом писательском имени найдется у него меткое, подчас неожиданное суждение, свое вдумчивое слово».

ПЕРЕПИСКА М.Т. РЫЛЬСКОГО С А.И. ДЕЙЧ

Киев, 28февраля 1960г.

Милые Евгения Кузьминична и Александр Иосифович!

Пишу Вам сегодня второе письмо (состояние выздоровления способствует эпистолярным занятиям)*. Итак – раньше всего (как любит выражаться Корней Иванович) – о «небосклонах-горизонтах»…А мы с Вами, Александр Иосифович, помним у Кузмина:
Моряки старинных фамилий,
Влюбленные в далекие горизонты.

Я лично считаю и «небосклоны» вполне нормальной формой, но – бог с ним! Что касается симпозиумов, в которых якобы участвовал Андрей Александрович, то это дело выеденного яйца не стоит. Подумаешь – говорили о литературе, кто-то сказал, что ему нравятся стихи Пастернака.. Ну, и что же! «Много шума из ничего!» Это раздувание пустяка, мне кажется. «На вчерашнем основано духе…». «Дом Бернарды Альбы» я видел в Варшаве, в чудесном исполнении, и пьеса меня потрясла.Повесть о Лесе Украинке некоего Александра Дейча анонсирована в 1-м номере «Советской Украины». Теперь уж Вам не отвертеться, да-с! Радуюсь успеху «Гарри», жду объяснения, почему мы любим театр. «Далекі небосхили» высылаю неукоснительно. Кстати, черт возьми, и в Все народонаселение, начиная с Тараса Богдановича, шлет Вам привет.
Ваш М. Рыльский.

Москва, 27 марта 1960 года.

Дорогой Максим Фаддеевич, оглянуться не успели, как Москва катит в глаза. Эти слова (несколько перефразированные) дедушки Крылова мы повторяем уже четвертый день. А время, проведенное с Вами, не только не оттеснилось московскими впечатлениями, а наоборот выступает все явственнее, и суматошные юбилейные дни крепко врезались в память. Самым ярким и неотразимым эпизодом в нашей четырехдневной московской жизни было чудесное и неповторимое в своей первозданности вторжение Александры Петровны в наш дом. — Можете меня презирать, проклинать, не иметь со мной дела, — вопила А.П., — но, Женя, стакан чая Вы мне должны дать, потому что у меня пересохло горло. В результате сердобольная Женя сервировала чай непрошеной гостье, Промочив горло, А.П. с удвоенной энергией выкладывала непонятные, почти метафизические хитросплетения, цель которых была доказать, что она спасла меня от многих египетских казней, что своей рукой убрала капканы и мышеловки, в которые я неизбежно попал бы. Этот сеанс длился два часа подряд; слезы, уверения в любви, пожелания счастья сменялись проклятиями на головы моих врагов.

Пришлось уверовать в то, что А.П. – истинный ангел – хранитель, безгрешно парящий над землей. Когда она наконец удалилась, я как старый соцреалист понял, где собака зарыта – в «Святославе». Ну об этом лично, если Вы захотите. Вот романтика наших дней! Дальше идет проза жизни. «Далекие небосклоны» еще в продажу не поступили. У меня на столе лежит сигнал «Мы любим театр». Толстяк ПОПОПКИН (он же Поповкин) заказал мне «Лауреантскую статью» для журнала «Москва» о Максиме Рыльском. Я принял заказ к исполнению. Ждем Вас 5 апреля или раньше. Не забудьте привезти «Над Днепром»; надо ведь сдавать Олеся. Если привезете «Историю Киева»4, будем благодарны. Привет Богданчику и всем вашим от нас обоих.
Целую. Ваш А.Дейч.