У ЧЕРТЫ

Загнали в угол и спасенья нет –
Петля маячит – неужели струшу?
Швырнуть во гневе, что ли, партбилет
И вызволить обобранную душу?
Но не смогу (Не в этом ли беда?) –
Его вручал мне старый арсеналец.
Заложники, не знали мы тогда,
Что нас предаст болтливый самозванец.
Да мало ль их прошло передо мной!
Нажравшись у партийного корыта,
Не шариком бильярдным, а страной
Они теперь играют с мордой сытой.
Перо мое, кому служило ты!
В чьих жирных лапах инструментом было!
…Распятьями над кладбищем кресты
И звездочка над братскою могилой.
Где стынет крест, мой дед нашел приют –
Служил земле без устали и лени.
«Ты – середняк!» – набросили хомут,
Попробовав поставить на колени.
Под звездочкой отец во рву гниет –
Не разобрать, где чьи смешались кости.
«Ты – коммунист!» – решил упрямо взвод,
И он повел их в бой, вскипев от злости.
А где-то, на нью-йоркском берегу,
Мой старый друг свою хлебает чашу. –
Твердил он на допросе: «Я не лгу…»
«Ты – диссидент!» – ему твердили наши,
я не сложила в вашу честь поэм.
Хоть думаю о вас и днем, и ночью. –
Сегодня мой язык на диво нем.
Сомненья раскромсали мысли в клочья.
Что делать мне? Кому идти служить? –
Отечеству? – Оно лежит в руинах.
Идее, захлебнувшейся во лжи?
Жонглерам, продающим Украину?
Кто душу – птицу с раненым крылом –
Возьмет в свою шершавую десницу?
Взлететь бы ей над дедовым селом,
Вдали от обезумевшей столицы!
Мой сын, прости…В разбеге юных лет
Узнал ты: путь истории тернистый.
Но верил, что в конце тоннеля – свет.
Что путь в скале прорубят коммунисты.
Они его рубили, ночь поправ.
Хоть рты у них зажаты были кляпом.
Без благ, без спецпайков, без всяких прав,
Товарищей упавших не оплакав.
На всем изломе тяжкого пути
«Гвоздей» из них наделано немало.
В Гулагах их пытались извести.
На амбразуры партия бросала.
На буровых хлестали их дожди,
В забоях засыпала их порода. –
Сегодня отреклись от них вожди –
От лучшей части своего народа.
Храни тебя Господь! А мне – пора:
Петля маячит – неужели струшу?
Я не хочу опять кричать «ура»!
И не смогу загнать в подполье душу…